admin / 03.05.2019

Жерар Филипп биография

Филип Жерар (Gerard Philipe)

  • Искусство | Актёры


    Актёр театра и кино

    «Жерар Филип оставил после себя образ весны и молодости. Нужно уметь позавидовать ему с горечью», — написал о нем Луи Арагон. За пятнадцать лет работы Филип снялся в 29 фильмах и был самым знаменитым, самым любимым и самым популярным актером не только во Франции, но, пожалуй, во всем мире. Он играл современников и героев классического репертуара, среди которых Жюльен Сорель, Уленшпигель, князь Мышкин, Калигула, Мефистофель, принц Гамбургский и Ричард III — и всегда покорял зрителей не только своим мастерством, но и своей личностью, своим неисчерпаемым обаянием.
    «Это был очень красивый человек, — вспоминала актриса Жанна Моро о Филипе. — Высокий. Сухопарый. С матовым цветом лица, какой бывает у мужчин, находящихся в прекрасной физической форме. Он являл собой олицетворение силы и веры. И он всегда мечтал о совершенстве, хотел стать настоящим актером и настоящим человеком». Цельность натуры Жерара Филипа — черта всех его персонажей, даже тех, кто несовершенен, кого раздирают противоречия, вызванные в свою очередь несовершенством мира.

    «Он был другом всей Земли, — писал о Жераре Филипе известный французский историк киноискусства Жорж Садуль. — Им восхищались в Москве так же, как и в Токио, в Варшаве, как в Мюнхене, в Мадриде, как в Пекине, в Калькутте, как в Лейпциге… Смерть его была совершенно неожиданна и несправедлива. Наши сердца отказывались верить в столь коварный удар судьбы».
    «Жерар Филип был не только хорош собой, — отмечал Морвин Лебек, театральный деятель и театровед, — он обладал удивительной пропорциональностью во всем и канонической отточенностью олицетворенной молодости, которой предназначены первые роли».

    Жерар Филип родился 4 декабря 1922 года в Канне. Его отец, Марсель Филип, бывший адвокат, владел крупными земельными угодьями в Провансе, небольшой гостиницей в Грассе. Мать, Мину Филип, происходила из семьи пражского булочника. Жерар едва не умер при рождении, его чудом спас врач. Мальчик рос медленно, поздно начал ходить и говорить.
    Филип учился в колледже Станислава. Читал мало. Больше любил слушать джаз, плавать, играть в теннис и волейбол. Вскоре учебу пришлось прервать — Жерар заболел сухим плевритом. Поправившись, он сдал экзамен экстерном.
    Когда Филип выступил на благотворительном вечере с чтением стихов, старая актриса «Комеди Франсез» сказала ему после концерта: «Ваше призвание — театр». Отец Жерара думал иначе. Сын должен был ехать в Ниццу учиться на юриста.

    И все-таки Филип предпочел профессию актера. Он проходит несколько проб, прежде чем получить роль Мика в комедии Андре Руссена «Совсем простая девушка», которую ставил в каннском казино Клод Дофен.
    После успешного дебюта Филип отправился в гастрольную поездку по провинции. Ницца, Марсель, Лион… Он запомнился в спектаклях «Путешественник без багажа» Ануя и «Девчонка знала…» Аге.
    Летом 1943 года Жерар снимается у Аллегре в фильме «Малышки с Набережной цветов», а в октябре поступает в Консерваторию, где попадает к мудрому педагогу Жоржу Леруа. Но перед выпускным экзаменом Жерар неожиданно уходит из Консерватории, соблазнившись предложением Лакомба сыграть в картине «Страна без звезд» в 1946 году. Увы, фильм не имел успеха.
    Чтобы получить главную роль в пьесе «Калигула», Филип встретился с ее автором, знаменитым писателем Альбером Камю. После двухчасовой беседы ему удалось привлечь на свою сторону мэтра. Режиссер Эберто, до этого выступавший против кандидатуры Жерара, вынужден был сдаться.
    Спектакль стал событием в театральной жизни французской столицы. Критики недоумевали, как мог справиться начинающий актер со сложнейшей ролью. Марлен Дитрих, посетившая спектакль, была от него в восторге. Она убеждала Филипа посвятить себя кино: «Романтизм в театре — дело прошлое, а в кино — будущее. С вашими данными, Жерар, на экране можно делать чудеса».
    Вскоре Филипу удалось получить роль Мышкина в экранизации «Идиота» Достоевского. Режиссеру Лампену пришлось с Жераром нелегко: он был упрям, слишком верил в собственное ощущение образа. Актриса Эдвидж Фейер, возмущенная чрезмерной, на ее взгляд, самостоятельностью Филипа, устраивала истерики, а после премьеры «Идиота», когда критика в один голос заявила, что в фильме по-настоящему удался только князь Мышкин, перестала с ним здороваться. Киновед Садуль отметил: «В труднейшей роли князя Мышкина Жерар филип показал себя одним из лучших актеров нашего времени…»
    В апреле 1946 года Филип отдыхал на юге Франции, в Пиренеях, в обществе Николь Фуркад — жены крупного китаиста и дипломата, с которой он познакомился в Ницце три года назад. Вернувшись с очередной прогулки по горам, Жерар обнаружил телеграмму от продюсера Греца с предложением сняться в картине Клода Стана-Лара «Дьявол во плоти» по знаменитому роману Радиге. Филип ответил согласием и в двадцать четыре года блистательно сыграл 16-летнего подростка. «Дьявол во плоти» пользовался большим успехом у публики, особенно у молодежи. Серж Реджиани произнес знаменитые слова: «Все складывалось так, словно Жерар был оправданием нашего поколения. У каждого из нас есть свои достоинства, он же обладал ими всеми одновременно». Мальчишка-лицеист, впервые узнавший любовь замужней женщины и испивший горькую чашу потери любимого человека. Его возлюбленная умирает во время родов, но юноше нельзя идти за ее гробом. Он прячется за углом, и только его глаза провожают процессию. Глаза Филипа, также как и его улыбка, его пластика, его ирония, его рыцарство — непременные составляющие его имиджа, и его мифа.
    После «Идиота» и «Одержимого» Филип прочно утвердился в амплуа героя-любовника. Крепко сложенный, с горделивой осанкой, удивительно сочетающий в себе античную мужественность с женской хрупкостью и мальчишеским изяществом, он заинтересовал продюсеров из Голливуда. Однако Жерар предпочитал сниматься в Европе.
    В начале 1947 года он отправился в Рим, где Кристиан-Жак приступил к работе над картиной «Пармская обитель» по роману Стендаля. В роли Фабрицио дель Донго актер лихо дрался с Жилетти, ловко орудовал напильником, сокрушая решетку камеры на башне Фарнезе, и бесстрашно спускался на канате (без дублера!) с 18-метровой высоты…

    На съемках «Пармской обители» Жерар Филип подружился с актрисой Марией Казарес. Вместе с режиссером Витали они поставили пьесу Пишетта «Откровения». Наутро после премьеры многие критики писали о торжестве и прелести древнего Эроса, который наполнял игру актеров, а в одной рецензии даже утверждалось, что случись героям прямо на подмостках заняться сексом, то это никого бы не шокировало.
    Актриса Мария Казарес позже писала: «Подлинного Жерара я никогда не знала. Он проходил по жизни неуловимый, невидимый… Глубоко романтичный, влюбленный в легенды, он жил словно в изгнании — между небом и землей. Он был одновременно слабым и необычайно сильным».
    Этапной для Филипа стала роль в фильме «Красота дьявола» в 1948 году Рене Клера. Его шевалье Анри, по словам Садуля, «подлинно современный герой, который борется за свободу и защищает ее».

    Gérard Philipe dans «La beauté du diable»

    Gerard Philipe in «Une Si Jolie Petite Plage», 1949
    Интересы Филипа не замыкались на кино. Он был активным членом французского Национального совета движения сторонников мира. Жерар ездил в парижскую колонию для несовершеннолетних правонарушителей, выходил на демонстрацию против войн в Индокитае и Корее, записывал тексты Карла Маркса на грампластинки для «Звуковой энциклопедии», заседал в Союзе актеров… «Что же было в Жераре такого, чего не было в других? И внезапно нужное слово возникает в моей голове: чистота, — писал тогда театральный критик, литератор Кристиан Мегре. — Действительность, судя по тому, что печатают каждое утро наши газеты, является жуткой, чтобы не сказать грязной. Жерар Филип обладал чистотой — добродетелью врожденной и тем более ценной, что ей не было места в нашей эпохе».

    На пятом Авиньонском театральном фестивале Филип запомнился в спектаклях «Сид» Корнеля и «Принц Гомбургский» Клейста.
    Трагедию «Сид» начали репетировать весной 1951 года. Жерар долго не чувствовал своего персонажа. Наконец режиссер Вилар предложил: «По-моему, мы принимаем «Сида» слишком всерьез. Ведь это трагикомедия, «эспаньолада». Попробуй сыграть легко, непринужденно, иди от движения танцора фламенко». И Жерар мгновенно нашел настроение Родриго.
    После премьеры 15 июля 1951 года Вилар писал художнику «Сида» Леону Гишиа: «Ты просто можешь повеситься, старина. Какую мы одержали победу, а ты ее проворонил. Жерар играл ослепительно… Он создал такого Родриго, что меня бросало в дрожь. Он показал себя настоящим человеком, таким, каких любят, каким ты и я стараемся быть изо всех сил».
    В «Сиде» критики и зрители признали Филипа идеальным исполнителем. После каждого представления (а их было всего 199) Жерара вызывали по двенадцать — пятнадцать раз…
    29 ноября 1951 года в Нейи Филип женился на Николь Фуркад. Николь ушла к нему от мужа-дипломата с семилетним сыном. Мать Жерара была против этого брака и на свадьбу не пришла.
    Филип дал жене новое имя — Анн, считая его более поэтичным. Он восхищался Николь и часто цитировал замечание Ницше о том, что «брак — это еще и продолжительная беседа». Любовь к жене Жерар показывал всем без ложной скромности — за кулисами в театре брал ее на руки, целовал. Первенцем в семье Филипа была дочь, а через полтора года появился на свет Оливье.

    Жерар Филип и его жена Анн
    В августе 1951 года начались съемки фильма «Фанфан-Тюльпан», «комического вестерна» об эпохе Людовика XV. С режиссером Кристаном Жаком Жерар Филип работал еще над «Пармской обителью». В период съемок «Фанфана» Филип был уже признанной звездой, тем не менее он сразу принял предложение Кристиана Жака — наверное, почувствовал, что именно эта роль принесет ему грандиозную славу.
    Филип сумел сделать своего героя не только импульсивным сорвиголовой, он передал Фанфану свой ум, иронию, галантность и чисто французскую легкость. Он не просто дежурный герой-любовник, он настоящий герой и настоящий любовник. Жерар замечательно убедителен и в многочисленных сценах поединков и погонь, и в колоритных любовных сценах, будь то стог сена, в котором он копошится с молоденькой Марион, или его амуры с сочной Джиной Лоллобриджидой, сыгравшей Аделину.

    Жерар Филип снимался практически без дублеров, работал под дождем, во время съемок ему рассекли лоб и проткнули руку острием сабли. В знаменитой сцене на крыше на десятиметровой высоте Филип настолько перевоплотился в своего героя, что перестал отличать правду от вымысла и начал сражаться с Ноэлем Роквером по-настоящему. Роквер завелся, и Филипу пришлось прятаться за трубу совсем не потому, что так было написано в сценарии. А еще Жерар спас мальчишку во время съемок пожара.

    И в перерыве между съемками Жерар оставался натуральным Фанфаном. Во время завтраков съемочной группы происходили обязательные потасовки, в ход шли картофелины, крем и прочее, посуда летела, столы трещали. Вдохновителем всего этого был, конечно же, Жерар Филип. При этом он успевал еще встречать в аэропорту Джину Лоллобриджиду, приезжавшую из Италии, а потом учить ее французскому языку.
    Именно после этого фильма в мире его стали называть «реактивным французом», «цветком на съемочной камере», «самураем весны». Люди восьмидесяти национальностей на пяти континентах пришли в восторг от Жерара Филипа.

    Отныне все его последующие работы будут восприниматься сквозь легенду Фанфана. Люди всех национальностей рукоплескали «Фанфану-Тюльпану». Толпы поклонниц осаждали гостиницы. Это продолжалось часами. К своему успеху Жерар Филип относился удивительно спокойно. Режиссер Кристиан-Жак после премьеры сказал: «Именно в роли Фанфана-Тюльпана для меня раскрылся Жерар — веселый, очаровательный, полный энтузиазма проказник, подчас даже не знающий границ запретного…»
    Филип тем временем снимается в роли, полностью противоположной Фанфану. В комедии Рене Клера «Ночные красавицы» он играет музыканта Клода. Премьера фильма состоялась в ноябре 1952 года. Зрители тепло встретили новую работу актера.
    Весной Жерар уезжает в мексиканскую деревушку Альворадо, где на берегу знаменитого залива Ив Аллегре снимает «Горделивых». Режиссер говорил в интервью: «Я хотел сделать документальную ленту о Мексике с кинозвездами». Вместе с Филипом (Жорж) в картине снималась знаменитая Мишель Морган (Нелли).

    «Гордецы», 1953
    В следующей работе Жерар вернулся к своей центральной актерской теме тех лет — национальной самокритике. В основу фильма «Господин Рипуа» Клемана был положен роман писателя Луи Эмона «Господин Рипуа и Немезида». Его герой — молодой соблазнитель, современный Тартюф. После съемок Рене Клеман сказал о Филипе: «Этот человек, излучающий нежность, имеет душу ребенка…»
    В июле 1953 года Филип сыграл в спектакле «Лорензаччо» Мюссе. После того как Вилара положили в больницу, за постановку взялся сам Жерар. Весь спектакль он замыкал на себя в роли Медичи. Филип искал ритм — стремительный, подвижный, емкий, для этого сам монтировал тридцать восемь картин Мюссе, подрезал, сокращал, делал интригу более гибкой.
    Через год начались репетиции «Рюи-Блаза» Гюго и «Ричарда III» Шекспира. Жерар считал Рюи-Блаза своей лучшей ролью в театре. По словам критика Готье, он «шекспиризировал своего героя». Опыт «шекспиризации» Гюго помог актеру справиться с ролью, казалось бы, противопоказанной его таланту, — Ричардом III. Филип играл слабого человека, которому не по плечу королевская порфира, но который изо всех сил цепляется за нее.
    В 1955—1957 годах он почти безраздельно отдавал кино, но, пожалуй, ни в одной из его ролей не чувствовалась так актерская школа Вилара, как в Жюльене Сореле. Премьера «Красного и черного» Отана-Лара состоялась 29 октября 1954 года в Париже. Теперь зрители отождествляли Филипа с героем романа Стендаля.
    «Меня часто спрашивают, чувствую ли я полное слияние с персонажем? — говорил Филип. — Честно говоря, почти никогда. Думаю, что подобное слияние актеру вообще не под силу. Всегда есть контроль. Сначала приходится создавать образ в воображении, потом, так сказать, облекать его в плоть, но при обязательном контроле над собой. Тут не помогают ни реквизит, ни декорации. Они приданы в помощь зрителю. По-моему, актерский образ — это вроде копии твоего внутреннего мира, которую нужно ухватить».

    В 1955 году Жерар Филип снова снялся у Клера. На этот он сыграл армейского донжуана, очаровательного лейтенанта драгунского полка Армана де ла Верн в «Больших маневрах».
    В следующем году Филип совместно с Ивенсом поставил «Тиля Уленшпигеля» и исполнил в нем главную роль. Изменив прежней сдержанности, он охотно рассуждал о новой работе: «…светлый ум, искрящийся остроумием и дерзостью, доброе сердце, безрассудная храбрость и благородная душа — таким я себе представляю Тиля, полулегендарного героя средневековой Фландрии. Тиль похож на Фанфана, но мне сейчас гораздо важнее их отличие. Одно, весьма существенное, заключается в том, что Тиль по-человечески гораздо глубже, в нем больше чувствуется обобщенность».
    Последние годы жизни Жерар пробовал себя в разных киножанрах — комедии, мелодраме. От Аллегре он попадал в руки Беккера, потом к Дювивье, Отану-Лара, Вадиму и, наконец, к Бунюэлю. Критики отметили его в роли художника Амедео Модильяни в мелодраме «Монпарнас, 19» в 1957 году.

    Летом 1958 года Жерар вернулся к Вилару в ННТ. «Волнение актера — от предстоящего контакта со зрителем, — говорил Филип. — Я сравниваю нашу профессию с профессией тореадора, вынужденного каждый раз мобилизовывать все свои силы, чтобы не быть сраженным быком. И в нашей профессии нужно избегать гнева зрителей». В «Капризах Марианны» Мюссе он сыграл Оттавио, а в «Любовью не шутят» (режиссер — Клер) — Пердикана.
    Роль в картине Роже Вадима «Опасные связи 1960» в 1959 году стала для Филипа одной из последних. В этой экранизации одноименного романа Шодерло де Лакло действие перенесено в конец 1950-х годов XX века. Жерар Филип и Жанна Моро блистательно воплотили образы распущенных героев светских будуаров, ведущих опасную любовную игру, переходящую в настоящий поединок. Их герои — Вальмон и Жюльетта — супружеская пара со сложными отношениями. Они ищут в жизни острых ощущений и поэтому отношения на стороне для них — обычное дело. Есть лишь одно табу: никогда не влюбляться в своих любовников. Но однажды Вальмон нарушает правило…
    Постоянная тяга Жерара к контрастным ролям сказалась в его последней роли в фильме «Лихорадка приходит в Эль Пао» Бунюэля. Филип создал сложный образ идеалиста-интеллигента, отстаивающего при тяжелом режиме диктатуры свою позицию невмешательства и непротивления злу…

    Осенью 1959 года Жерар почувствовал себя особенно утомленным. Анн заставила его показаться врачам. Филипу сделали операцию. Но болезнь была неизлечимой — рак печени. Об этом знала только Анн, и до конца она ничем не выдала себя.
    Жерар Филип умер 25 ноября 1959 года, в возрасте тридцати семи лет. Хоронили актера 28 ноября, в канун десятой годовщины его свадьбы и за семь дней до дня рождения. На смертном одре он был в костюме Родриго. Когда-то в Авиньоне, сыграв роль Сида, Жерар сказал Анн: «Если вдруг умру, похороните меня в этом колете и плаще…». Его хоронила вся Франция и в его лице она хоронила собственную дерзкую молодость, собственную веру. Другие актеры пришли на смену Жерару Филипу, другие герои, но ни один из них не обладал созидательным оптимизмом и цельностью этого актера, о котором Элюар сказал: «Юноша с лицом подростка, навечно оставшийся молодым».

    Его любимым драматургом был Мольер, поэтом — Поль Элюар. Самой выдающейся личностью XX века он считал Ленина. Жерара больше всего удивляла кратковременность жизни. На вопрос «Боитесь ли вы смерти?» отвечал: «Да, очень боюсь»…
    Весть о смерти Жерара Филипа потрясла и привела в ужас миллионы почитателей его божественного таланта. Марлен Дитрих писала: «Филип Жерар. Идеальный актер, персонификация романтического героя как в духовном, так и физическом плане. Впервые я увидела его в «Калигуле», когда он только начинал свой путь, а потом, потрясенная, ожидала у дверей гардероба. Его смерть задела меня глубоко, и не только потому, что я потеряла близкого человека. В его лице мировая сцена лишилась романтического идеала».
    Марлон Брандо признался, что самым любимым для него актером был Жерар Филип: «Другого такого блестящего романтика, имеющего благороднейшую душу и сердце, в кино не появлялось. Я глубоко ценю его как актера и человека. Он умел дарить добро…»

    Игру Жерара Филипа хвалили Кокто, Сартр, Камю… Киновед Жорж Садуль, посвятивший творчеству Филипа немало страниц, утверждал: «Любая гениальная личность (а Жерар был гением) — сложный феномен, выражающий скрытые от глаза духовные устремления своей эпохи. Тальма служил объяснением нашей Революции и Империи, Фредерик-Леметр — Романтизму. Филип объяснял всем нашу страну и наше время — послевоенные и пятидесятые годы».
    В 1982 году российскими кинематографистами о Жераре Филипе был снят документальный фильм «Жерар Филип: Я жил на земле. В этом сила моя…».
    Your browser does not support the video/audio tag.
    Автор текста Игорь Мусский
    Роли в театре
    1943 — «Содом и Гоморра» Жана Жироду — ангел
    1945 — «Федериго» Рене Лапорта по новелле Проспера Мериме
    1945 — «Калигула» Альбера Камю — Калигула
    1951 — «Принц Гомбургский» Клейста — принц Фридрих
    1951 — «Мамаша Кураж» Бертольда Брехта
    1952 — «Лоренцаччо» Альфреда де Мюссе
    1953 — «Ричард II» Шекспира — Ричард II
    1954 — «Рюи Блаз» Виктора Гюго — Рюи Блаз
    Фильмография
    1943 — Малютки с набережной цветов / Les petites du quai aux fleurs
    1946 — Идиот / L’Idiot — князь Мышкин
    1947 — Дьявол во плоти / Le Diable au corps
    1948 — Пармская обитель / La Chartreuse De Parme
    1950 — Красота дьявола / La Beauté du diable
    1950 — Карусель
    1951 — Джульетта, или Ключ к сновидениям / Juliette ou la Clé des songes
    1950 — Потерянные сувениры / Souvenirs perdus
    1952 — Фанфан-тюльпан / Fanfan La Tulipe — Фанфан-тюльпан
    1952 — Семь смертных грехов / Les Sept Péchés capitaux — организатор аттракциона
    1952 — Ночные красавицы
    1954 — Красное и чёрное / Le Rouge et le Noir — Жюльен Сорель
    1954 — Тайны Версаля / Si Versailles m`était conté
    1955 — Большие манёвры / Les Grandes Manoeuvres — лейтенант Арман де ла Верн
    1956 — Если бы нам рассказали о Париже / Si Paris nous était conté — Ле Трувер
    1958 — Жизнь вдвоём / La Vie à deux
    1958 — Монпарнас, 19 / Montparnasse 19 — Амедео Модильяни
    1958 — Игрок / Le Joueur — Алексей Иванович
    1959 — Опасные связи / Les Liaisons Dangereuses
    1959 — Лихорадка приходит в Эль-Пао / La Fièvre monte à El Pao

    4 декабря 1922 года – 25 ноября 1959 года

  • Жерар Филип

    Жерар Филип: вечная молодость («Секретные материалы 20 века’)

    25 ноября 1959 года мир облетела печальная весть: умер, не дожив девяти дней до своего 37-летия, Жерар Филип. И сердца миллионов людей во всех уголках земного шара наполнились невыразимой болью от понесенной потери.

    Владимир Сашонко
    Сайт:

    «Он был другом всей Земли, — писал о Жераре Филипе из-вестный французский историк киноискусства Жорж Садуль. — Им восхищались в Москве так же, как и в Токио, в Варшаве, как в Мюнхене, в Мадриде, как в Пекине, в Калькутте, как в Лейпциге… Смерть его была совершенно неожиданна и несправедлива. На-ши сердца отказывались верить в столь коварный удар судьбы».

    «Жерар Филип был не только хорош собой, — отмечал Мор-вин Лебек, театральный деятель и театровед, — он обладал уди-вительной пропорциональностью во всем и канонической отто-ченностью олицетворенной молодости, которой предназначены первые роли».

    Реклама:

    Кино и фантазия

    Жерар Филип родился в Канне 4 декабря 1922 года. Мать его бы-ла чешкой, отец — француз. Родители управляли гостиницей в Грасе, в 40 километрах от Ниццы.

    «У горных отрогов или на морском берегу провел Жерар всю свою молодость, — писал один из его биографов. — С первых шагов по зем-ле над его головой весело сверкало голубое небо, к ногам его ласка-лись бирюзовые волны Средиземного моря и сбегали к ним ослепи-тельно зеленые горы, спускающиеся к самому Канну».

    Все это дышало романтикой, наполняло юное сердце Жерара ра-достью бытия.

    Реклама:

    Отец отдал мальчика в закрытое учебное заведение — лицей Ста-нислава, чтобы «сделать из него человека». Жерар чувствовал себя там одиноко. Он избегал шумных детских забав и предпочитал погру-жаться в мир фантазий, отдаваясь во власть своего богатого вообра-жения.

    В детстве Жерар мечтал стать врачом, но когда, по окончании ли-цея, получил степень бакалавра — это произошло в 1940 году, — то по-дал заявление в юридический институт, размещавшийся в Ницце. По-сле разгрома Франции гитлеровскими войсками и занятия ими Парижа на свободной от фашистов территории страны продолжали действо-вать институты культуры и науки. Более того, их число увеличилось за счет перемещения части этих учреждений из оккупированных облас-тей. На юге Франции собралось множество актеров и режиссеров, на-чались съемки новых фильмов.

    Это решило судьбу Жерара Филипа. Он заявился в один из теат-ров и попросил дать ему какую-нибудь роль. Оценив по достоинству красоту и подкупающее обаяние молодого человека, режиссер Жан Валль стал его первым наставником и первым учителем сценического мастерства. А режиссер Жорж Лакомб (театр в Ницце) доверил два-дцатилетнему красавцу роль влюбленного юноши в пьесе Андре Рус-сена «Совсем простая взрослая девушка». Дебютант справился со столь близкой ему ролью блестяще.

    На Ривьере разворачивала свою работу киностудия «Ля Викто-рия», вместе с нею прибыли из Парижа кинорежиссеры Ив и Марк Ал-легре. Жерар получил у Марка Аллегре небольшую роль в фильме «Малышки с Набережной Цветов». Потом она стала для Жерара ви-зитной карточкой и без особых усилий помогла убедить Жоржа Ла-комба доверить ему главную роль в картине «Страна без звезд».

    Филип продолжает выступать и на театральной сцене, но, сделав своей превосходной игрой имя дотоле малоизвестному драматургу Андре Руссену, он решает, что рамки театральной Ривьеры уже тесны ему. А потому оставляет труппу и отправляется в Париж.

    Это был смелый шаг. Но, как известно, риск — благородное дело. И в отношении Жерара Филипа он полностью оправдался.

    В Париже молодой актер еще застал в живых знаменитого драма-турга Жана Жироду и сыграл в его последней пьесе «Содом и Гомор-ра» роль Ангела. Ангела, который заранее возвестил об уничтожении Содома и Гоморры.

    Несмотря на театральные успехи, Жерар Филип чувствует опре-деленную нехватку профессиональных навыков из-за отсутствия спе-циального образования. И поступает в Консерваторию драматического искусства.

    Герой нашего времени

    Курсовые экзамены 1944 года совпали с высадкой в Нормандии войск союзников по антигитлеровской коалиции. Филип удостоился второй премии Prix de Comйdie за сыгранные им две сцены из Корне-ля и де Мюссе. Было чему радоваться, но… Немцы начали массовые аресты по подозрению в сопричастности французов к движению Со-противления. Нависла подобная угроза и над отцом Жерара Филипа, которому пришлось бежать в Испанию.

    А потом пришли жаркие августовские дни 1944 года: в Париже вспыхнуло народное восстание против оккупантов. Жерар Филип, а также его друзья Жак Сигюр и Мишель Оклер приняли в нем участие. Наступил год Победы. Впереди была новая жизнь — полная радужных планов и надежд.

    На сцене Филип выступает с огромным успехом в пьесе Альбера Камю «Калигула», исполняя заглавную роль. В это время режиссер Жорж Лампен задумывает экранизацию романа Достоевского «Идиот» и хочет пригласить на роль князя Мышкина Жерара Филипа. Он инте-ресуется у молодого актера, известно ли ему такое имя — Федор Дос-тоевский. В ответ актер, задетый за живое, эмоционально, демонстри-руя глубокое знание романа, пересказывает содержание «Идиота»…

    Перенестись из Парижа 1946 года в Петербург 1860-х, в совсем другую страну, вокруг которой накручено столько мифов и небылиц — задача не из легких. Но образ князя Мышкина, созданный Жераром Филипом, стал его новым триумфом. Это был по-настоящему герой Достоевского — и внешне, и внутренне, на что обратили внимание со-ветские зрители, когда увидели его впервые на своих экранах.

    Любопытно, что одним из последних фильмов столь рано ушед-шего из жизни актера стал «Игрок», снятый режиссером Клодом Отан-Лара в 1958 году.

    Но вернемся в 1947 год, когда Отан-Лара пригласил Жерара Фи-липа в картину «Дьявол во плоти» по роману Реймона Радиге.

    «Чем была для нас эта война? — Четырьмя годами больших кани-кул…» — так начинает Радиге свой роман о героях, которых в ходе Первой мировой войны соединила, наперекор всему свету, огромная, сумасшедшая любовь. Фильм Отана-Лара — глубокий волнующий очерк этой любви: шестнадцатилетнего гимназиста Франсуа и жены офицера Марты. «Подлинный персонаж Филипа родился в этом филь-ме», — отмечали критики и мастера киноискусства.

    В том же, 1947, году на экраны вышла «Пармская обитель» ре-жиссера Кристиана Жака, и на долю Жерара Филипа, исполняющего романтическую роль Фабрицио дель Донго, вновь выпал грандиозный успех. Только шесть лет спустя эта картина, снятая по роману Стен-даля, попала на наши экраны и произвела своего рода фурор. Не бу-дет преувеличением сказать, что публика полюбила Жерара Филипа, его образ, неотделимый от образа Фабрицио дель Донго, покорил миллионы сердец. Так состоялась первое знакомство гениального французского актера с советскими зрителями.

    Гениальным назвал его не я. Читаем у Жоржа Садуля: «Любая ге-ниальная личность (а Жерар был гением) — сложный феномен, выра-жающий скрытые от глаз духовные устремления своей эпохи… Филип объяснял всем нашу страну и наше время — послевоенные и пятиде-сятые годы» (и независимо от того, добавим мы, в какую эпоху погру-жала его очередная роль, он оставался всегда современен).

    Актер национального театра

    Филип «объяснял страну и время» не только с киноэкранов, но и с театральных подмостков. Например, со сцены театра ННТ- ему он от-дал в общей сложности девять лет своей жизни, сыграв в поставлен-ных там спектаклях 605 раз!

    Эта история началась в ноябре 1950 года. В гримерной драмати-ческого театра «Ателье», руководимого Андре Барсаком, знаменитый актер и режиссер Жан Виляр готовился к выходу на сцену, когда раз-дался осторожный стук в дверь.

    — Войдите! — крикнул Виляр и уставился в зеркало: кто это там?

    Первое, что он увидел — ниспадающие на лоб прекрасные волосы. Жерар Филип!

    Слова его, обращенные к Виляру, были предельно просты:

    — Я очень люблю театр, — сказал он, — а ваши идеи как режиссера-постановщика чрезвычайно близки мне. Если бы вы пожелали пригла-сить меня, я свободен…

    И они заключили своего рода соглашение о намерениях. А наме-рения эти — ни много ни мало — создать собственный театр, рассчи-танный на массового зрителя. И более того — выступающего в естест-венных декорациях, на открытом воздухе.

    В бывшем папском дворце в Авиньоне, представляющем собою огромный феодальный замок XIV века, Филип и Виляр расположились в небольшом помещении, очень холодном, использовавшимся зимой для хранения угля. И принялись готовиться к открытию театра, кото-рый назвали ННТ — Национальный народный театр. Главными движу-щими силами нового храма искусства стали они двое: режиссер-новатор Жан Виляр и великий актер Жерар Филип.

    Еще в 1947 году по инициативе Виляра и с согласия муниципали-тета Авиньона, просторный внутренний двор бывшего папского двор-ца стали использовать для показа спектаклей Первого авиньонского фестиваля драматического искусства. И с той поры эти фестивали, получившие всемирную славу, проводятся ежегодно.

    Ну а в 1951-м там дебютировал Национальный народный театр. И дебют этот был триумфальным.

    «Без Виляра Жерар, возможно, никогда бы не сыграл ни Сида, ни Рюи Блаза, ни принца Гомбургского. Виляр как бы воплощал в себе весь театр. Жерар же был его душой, его добрым гением», — так писал в своей книге «Жизнь, которую вдохнул Жерар Филип» Поль Джанноли.

    Упомянутые выше три героя классического репертуара, образы которых создал в ННТ Жерар Филип, подняли его, Жерара, на новую ступень пьедестала славы.

    Сид — романтический герой трагедии Пьера Корнеля, Рюи Блаз — действующее лицо исторической драмы Виктора Гюго, принц Гомбург-ский — персонаж драмы немецкого писателя-романтика начала XIX ве-ка Генриха фон Клейста.

    Особенно впечатляющим был образ Сида, настолько органично слившийся с образом молодого, темпераментного исполнителя, что имя его стало неотделимо от имени Жерара Филипа, а имя самого Филипа — от имени Сида. Они обессмертили друг друга. Не случайно, когда Жерар умер, его похоронили в костюме Сида — том самом, кото-рый он надевал перед очередным спектаклем.

    Извлеченная из учебников истории французской литературы, из-рядно забытая трагедия Корнеля благодаря Виляру и Филипу вдруг зажила новой, полнокровной жизнью, стала событием номер один в театральной Франции. И не только. Успех ННТ, выступающего не только в Авиньоне, но и в Париже, во Дворце Шайо, где вскоре полу-чил постоянную прописку, а также в пригородах французской столицы, перешагнул государственные рубежи.

    Помимо упомянутых выше спектаклей, Жерар Филип участвовал в постановке пьесы Бертольда Брехта «Мамаша Кураж и ее дети», шек-спировского «Ричарда III», «Лорензаччо» и «Капризы Марианны» Альф-реда де Мюссе и десятка других.

    Образ юности и очарования

    Жерар Филип и в жизни был романтиком. В ноябре 1951 года он женился на Николь Фуркад, которая, по желанию Жерара, сменила имя Николь на Анн. В 1954 году у четы Филип родилась дочь Анн-Мари, а в 1956 году — сын Оливье.

    Большая, глубокая и красивая любовь продолжалась недолго — судьба отпустила ей до обидного короткий срок, всего восемь лет. И они промчались как один миг. Анн Филип, выпустившая книгу своих воспоминаний о Жераре, так и озаглавила ее: «Одно мгновение».

    «Жерар Филип был не только молодым героем. Он был героем, в котором физическое и душевное благородство сочеталось с образом пылкой юности и очарования… Он создавал образы, воплощавшие мечту всех». Так писали о нем современники.

    Конечно, не все фильмы, где снялся Жерар Филип, можно отнести к числу шедевров, не все выдержали испытания временем. Но и тех, что сдали этот трудный экзамен, более чем достаточно.

    После «Пармской обители» и нескольких, назовем их так, проход-ных фильмов, на экраны вышла картина Рене Клера «Красота дьяво-ла». В нем поднимался вопрос об ответственности ученого за судьбу своих открытий, за мир. Вопрос весьма актуальный в конце 1940-х го-дов. Это как бы новый вариант бессмертной темы доктора Фауста и искусителя Мефистофеля. Но Фауст лишь поначалу напоминает средневекового алхимика. Действие фильма помещено в условные декорации XIX века, а события развертываются в неведомом евро-пейском княжестве. Но и сюжетное построение, и философская осно-ва фильма живо перекликались с текущими событиями того времени. Его создатели недвусмысленно сказали «нет» атомной бомбе и поли-тике вооружения.

    После картины «Жюльетта, или Ключ мечтаний», снятой Марселем Карне по пьесе Жоржа Неве, Жерар Филип продолжал работу с Рене Клером. «Ночные красавицы» — так назывался новый фильм режиссе-ра. Партнерами Филипа тогда были восходящие звезды французского и итальянского кино — Мартина Кароль и Джина Лоллобриджида.

    И, наконец, явился на свет божий знаменитый «Фанфан-Тюльпан» Кристина Жака, обошедший едва ли не все экраны мира, в том числе и советский. В старинной и популярной истории о бравом вояке Фан-фане, который во времена Людовика XV показывал чудеса отваги и находчивости, Кристиан Жак и Жерар Филип, исполнитель заглавной роли, нашли благодатную почву для творческой выдумки. Фильм ис-крится остроумием, покоряет живостью действия, мощью сатириче-ской струи, бьющей с экрана, а Жерар Филип в нем — как в родной стихии, он полон обаяния, молодого задора и неукротимости. Вместе с ним — снова Лоллобриджида, а также известнейший французский ак-тер старшего поколения Ноэль Роквер.

    После фильмов менее заметных пришел черед нового шедевра, и вновь по Стендалю — «Красное и черное». Фильм Клода Отан-Лара с участием в главных ролях Жерара Филипа (Жюльен Сорель) и двух выдающихся французских актрис — Даниэль Даррье (Мадам де Ре-наль) и Антонеллы Люальди (Матильда).

    В 1956 году Филип попробовал свои силы как режиссер-постановщик, дав новую, теперь экранную жизнь еще одному знаме-нитому персонажу французской литературы — Тилю Уленшпигелю, ге-рою романа Шарля де Костера, одновременно сыграв в нем и заглав-ную роль. Правда, режиссуру Филип осуществил в содружестве с из-вестным голландским документалистом Йорисом Ивенсом.

    Пробы пера Жерара Филипа как режиссера на этом закончились. Но как актер он продолжал царствовать на экранах, хотя фильмы вто-рой половины 1950-х годов с участием Жерара Филипа особо не вы-делялись. Наиболее достойными можно назвать лишь «Большие ма-невры», а также «Опасные связи» по знаменитому роману Шодерло де Лакло, увидевшему свет в преддверии Великой французской револю-ции. И, наконец, последний фильм великого актера — это «Лихорадка ширится в Эль Пао», который снимал испанский режиссер Луис Буню-эль.

    Жизнь коротка…

    После завершения съемок в Мексике, по пути домой, Филип посе-тил Гавану. Вернувшись во Францию, он устроил себе краткий отдых, который провел с семьей в Раматюэлль, близ Сен-Тропе, на родной для него земле Прованса. Там находился приобретенный им неболь-шой сельский домик с прилегающим виноградником.

    Газеты опубликовали фото: Жерар и Анн — счастливая супруже-ская пара, которая безмятежно нежится в лучах жаркого южного солн-ца на песке у самого моря.

    Идиллия, за которой кроется тяжелая драма. Состояние здоровья Жерара вызывает все большую тревогу. Считается, что он подцепил в Мексике некую амебную инфекцию. Ему выписывают лекарства, одна-ко ни они сами, ни отдых не помогают. Жерар катастрофически худе-ет. Семья Филип спешно возвращается в Париж. Поселяются они вблизи столицы, в Сержи, на берегу Уазы — там тоже есть небольшое и очень любимое владение. Впрочем, осенняя непогода вскоре выго-няет их оттуда. И вот они снова у себя в парижской квартире на Рю де Турнон, 17, недалеко от Люксембургского дворца.

    В начале ноября Жерар Филип решается на операцию в одной из клиник, и вскоре она состоялась… Увы! Врачи предупреждают Анн, что ее мужа скоро не станет. И виной тому не амебы, а рак, поразивший печень актера.

    19 ноября Жерара выписывают из клиники. Жерар не знает, что его ждет. Анн, этой мужественной женщине, удается скрывать извест-ную ей тайну от горячо любимого супруга.

    Вечером 24 ноября Жерар чувствует себя хорошо, шутит с навес-тившим его доктором Пьером Веллэ, делится планами на зимние ка-никулы, перед сном читает Еврипида и ночь приводит спокойно.

    Утром 25-го Анн провожает детей в школу. Жерар, как обычно, в это время еще спит. Когда она возвращается, то застает мужа уже мертвым: лицо его совершенно спокойно, пальцы на руках не сжаты судорогами…

    В субботу, 28 ноября 1959 года Жерара Филипа похоронили на кладбище в Раматюэлль. В канун восьмой годовщины его свадьбы. Анн бросила на гроб мужа алую розу. И после этого гулко за-стучали о его крышку первые комья земли. Но сказочный принц навсегда остался с нами. С нами вче-рашними, сегодняшними и завтрашними. Потому что еще древние римляне заметили: жизнь коротка, искусство — вечно.

    FILED UNDER : Статьи

    Submit a Comment

    Must be required * marked fields.

    :*
    :*